В амстердамском Рейксмюзеум проходит выставка о фотоманипуляциях 1860–1940 годов. Ее главный посыл прост: «фейковые картинки» родились не вместе с нейросетями — они старше многих наших прабабушек.
Мы привыкли винить во всём искусственный интеллект и Adobe Photoshop, но фотографы начали «химичить с реальностью» почти сразу после изобретения фотографии. Просто вместо слоёв и масок у них были ножницы, стеклянные пластины и вагон терпения.
Куратор отдела фотографии Ханс Розебом отмечает: многие сцены были нарочито абсурдными и задумывались как шутка. Но даже тогда зрителю было непросто отличить правдоподобное от выдумки. Иначе говоря, «верю/не верю» — старая человеческая игра.
Политический фотомонтаж тоже не новинка. В 1930-е художник Джон Хартфилд в журнале Arbeiter-Illustrierte-Zeitung создавал едкие сатиры, где Адольф Гитлер и Йозеф Геббельс представали в гротескных образах — например, с бородой Карл Маркса. Монтаж был заметен, но смысл — ещё заметнее. Как писала The New York Times, зрители всё равно внимательно разглядывали такие изображения.
Истоки жанра уходят ещё глубже. В книге "Вспышки гениальности" Аника Берджесс рассказывает о пионере фотомонтажа Оскаре Гюставе Рейландере, который уже в 1857 году собирал одну сцену из десятков негативов. Критики возмущались: «Это не фотография, а почти карикатура!»
Отдельная глава — «спиритическая фотография». Двойная экспозиция позволяла «подселять» к живым призраков. Люди охотно верили в такие снимки. Француз Эдуард Исидор Буге признался в подделках и сел в тюрьму, а американец Уильям Х. Мамлер в Манхэттен уверял суд, что никаких трюков не использовал — и был оправдан. Позже он сделал знаменитый портрет Мэри Тодд Линкольн с «призраком» Авраам Линкольн за спиной.
Мораль всей этой истории: технологии меняются, а человеческая доверчивость — не очень. Просто раньше фотошоп помещался в чемодан с реактивами, а теперь — в ноутбук.
